НАШ ЦИТАТНИК: «Если здание находится в центре города, сейчас этого по факту достаточно, чтобы причислить его к лику «градостроительных святынь». Однако отнесение всех домов к историческим исключительно по году постройки абсурдно…» Дмитрий Некрестьянов

17 мая, 15:15
20 апреля 2015 в 05:40

Этнография архитектуры

Пятая архитектурная биеннале Петербурга, которая в течение недели проходила под сводами Мраморного зала Музея этнографии, удалась. Лекции зодчих, «круглые столы» и дискуссии пользовались вниманием публики (особенно студентов архитектурных вузов), а посетителей на выставке всегда хватало.

yle="text-align:justify">Пятая архитектурная биеннале Петербурга, которая в течение недели проходила под сводами Мраморного зала Музея этнографии, удалась. Лекции зодчих, «круглые столы» и дискуссии пользовались вниманием публики (особенно студентов архитектурных вузов), а посетителей на выставке всегда хватало.

Даже чувство праздника иногда возникало: приветственные речи на открытии, презентация «Архитектурного ежегодника», эмоциональный рассказ Эрика ван Эгераата о его видении Петербурга, где ему пока не удалось реализовать ни одного проекта, хотя приглашали многие. Выставку работ тоже смотреть было любопытно, отмечая еще неизвестные проекты, выполненные петербуржцами, кстати, не только для Петербурга. Вот бюро «Б2» Феликса Буянова представляет концепцию круглогодичного курорта в итальянской провинции Амбруццо, разработанную по заказу международного консорциума. А вот проект этой же мастерской для международного конкурса на здание музея Гуггенхайма в Хельсинки. «Представляешь, нас включили в шорт-лист из 30 участников по итогам первого тура!» — с гордостью рассказывает руководитель мастерской. Поздравляем! Правда, в итоговой шестерке финалистов наших нет, но быть отмеченным среди почти 2000 участников, безусловно, приятно. Порадовала экспозиция мастерской «Интерколумниум» Евгения Подгорнова — прежде всего внятностью: это постройки, это проекты, это локация построек на карте Петербурга, а это информационные открытки по каждому адресу. Можно взять, изучить. Такая забота о зрителе приятна: у соседей-коллег подчас невозможно понять, что уже построено, а что только в планах. Принцип размещения экспонентов тоже «говорящий»: у входа — слева мастерская «Земцов, Кондиайн и партнеры», справа «Евгений Герасимов и партнеры». То есть самые маститые. А в центре прохода поперек остальных выставочных боксов вытянулась самая объемная экспозиция — Студии‑44 Никиты Явейна — с Главным штабом, вокзалом «Олимпийский парк», Царевым садом в Москве, Музеем науки и техники в Томске и многим другим. Выводы о месте Студии‑44 в архитектурном процессе Петербурга напрашиваются сами собой.

И все же Биеннале в своей выставочной части получилась лишь наполовину. И дело даже не в том, что здесь представлены работы лишь 18 мастерских, которые входят в НК «Объединение архитектурных мастерских». Тревожно то, что и эта, уже пятая по счету Биеннале проходит без оригинальной кураторской идеи (куратора, впрочем, тоже нет), и организаторов это как-то не беспокоит. А без этого даже хорошо исполненная экспозиция — не более чем «выставка достижений народного хозяйства», по меткому замечанию одного из посетителей. Мало кто из петербургских зодчих не бывал на Венецианской биеннале (а некоторые даже участвовали). Можно по-разному относиться к выбору тем для Венеции, но ситуация, когда участники представят просто у кого что есть, принципиально невозможна. И подспудно некоторые из участников петербургской экспозиции это осознают: часть работ, выставленных мастерской «Евгений Герасимов и партнеры», — это стилизации на тему венецианской архитектуры, сталинского ампира (есть у мастерской и «флорентийский палаццо»).

В общем, чтобы стать биеннале, петербургской выставке нужна интрига, нужна игра со зрителем. Почему этот европейский подход до сих пор не прижился в Петербурге, неясно. Ведь многие приемы западной архитектуры и технологии давно вошли в арсенал наших зодчих.