Валентина Калинина: «В строительном бизнесе невозможно спрятаться за чье-то мнение»

– В этом году 13 лет как вы работаете в РСТИ. Как начинался ваш путь в строительной отрасли? 
– Еще в советские годы я окончила жилищно-коммунальный техникум в Ленинграде, после чего у меня был выбор: идти на стройку или в ЖКХ. Второй вариант представлялся более привлекательным: в жилищно-коммунальной отрасли чаще предоставляли жилье. Наверное, все знают, что это значило в советское время: получить квартиру, да еще остаться по распределению в Ленинграде. Выбор был очевиден. 
Тем более что Ленинград – это город моей семьи: здесь родилась моя мама, но после прорыва блокады была вынуждена уехать из города и обосноваться в Курской области. Поэтому, конечно, мне хотелось вернуться в этот город. 
Сначала я думала, что поработаю в ЖКХ несколько лет и уйду в строительство – меня всегда очень интересовала эта сфера. Но и коммунальная отрасль меня так захватила!.. К тому же у меня появились некоторые успехи, руководство меня заметило как перспективного сотрудника, стало продвигать по карьерной лестнице. Потом я вышла замуж, нужно было думать об улучшении жилищных условий, одновременно окончила два университета. В общем было не до смены сферы деятельности, и в ЖКХ я задержалась на долгие годы. 

– В администрации Невского района, куда вы пришли работать в 2000 году, вы занимались благоустройством. Тут есть явные пересечения со стройкой. 
– Да, в администрации Невского района мне сразу предложили должность начальника управления благоустройства, а потом и контроль за работой ЖКХ, а это, конечно, очень близко к строительству. Это и ремонт кровли, и работа с инженерными сетями, и внутриквартальные дороги. В районной администрации мне приходилось иметь дело с очень широким функционалом, непосредственно примыкающим к строительной сфере. 
Поэтому когда в 2006-м меня пригласили в комитет по строительству на должность начальника производственного отдела, который отвечал за строительство социальных объектов за счет средств бюджета, я приняла это предложение.  

– А почему через шесть лет вы покинули Смольный? 
– После очередных выборов губернатора в 2011 году (вместо Валентины Матвиенко пост губернатора Санкт-Петербурга занял Георгий Полтавченко. — «НП») в комитете поменялась вся команда, с которой я работала. Именно в это время я получила от собственников РСТИ предложение занять должность руководителя Службы заказчика.  

– Вы сразу же согласились? 
– Согласилась я сразу, но с условием, что мне дадут возможность несколько месяцев отдохнуть. Работа в государственных структурах отнимает очень много сил. У нас фактически был ненормированный рабочий день, почти все субботы рабочие, так как губернатор по субботам проводила инспекционные объезды районов. 
Моим первым объектом в РСТИ стал ЖК «Князь Александр Невский», который на тот момент уже был на пороге ввода в эксплуатацию. Мы это успешно реализовали. 
Через несколько месяцев работы в РСТИ мне предложили стать генеральным директором. 

–Чем отличается работа в коммерческой структуре от чиновничьей службы? 
– По-разному распределяется ответственность. В госструктуре руководитель выслушивает мнения сотрудников, а потом принимает решение, не подлежащее обсуждению, и отвечает за него.  
В бизнесе решения надо принимать быстро и за них нести полную ответственность. Здесь невозможно спрятаться за чье-то мнение. 
Нужно быстро разобраться в вопросе, быстро принять решение и так же быстро его реализовать. Конечно, со временем, когда структура РСТИ разрослась, у нас тоже добавилось некоторой бюрократии, но все же с госслужбой это не сравнить. 

– Рост компании происходил на ваших глазах. Какие изменения были с этим связаны? 
–Когда я пришла в РСТИ, у компании в работе был комплекс «Князь Александр Невский» и проект реконструкции Главного следственного управления при ГУВД на Лиговском проспекте. Уже в 2012–2014 годах стартовали работы на жилых комплексах «Утренняя звезда», «Дом с курантами», «Земляничная поляна», мы завершили строительство здания Федерального арбитражного суда в Адмиралтейском районе. 
Со временем объектов становилось все больше. Мы вышли в Ленобласть с проектом комплексного освоения территории «Золотые купола», а в 2019 году и в Москву: начали строить премиальный жилой комплекс ELEVEN. В Петербурге у нас тоже есть проекты в сегменте высокобюджетного жилья: ЖК «Кремлевские звезды» в Московском районе, Familia на Петровском острове. 
Это потребовало от компании не просто увеличения коллектива, но и приобретения новых компетенций. Например, на участках ЖК New Time и ЖК «Тайм Сквер», в районе улиц Глухарской и Планерной, не было инженерной подготовки, дороги отсутствовали – все это нам нужно было делать самим. Кроме того, мы в этом районе построили и передали городу два детских сада. Сейчас строим еще один детсад и школу.  
Отдельная история – достройка проблемных домов, которые мы получили после банкротства застройщиков. Например, в ноябре 2020 года мы с городом подписали соглашение о завершении проектов компании «Норманн» – ЖК «Три апельсина» и «На Заречной».  
Причем они были на разных стадиях строительства: один из домов «Трех апельсинов» был уже почти полностью построен. Но мы пришли на объект, который долго стоял брошенным, без консервации, и, конечно, обнаружили массу неприятных сюрпризов: дома были во многом разграблены, выбиты стекла, что-то разрушено. Достраивать чужой объект сложнее, чем возводить собственный с нуля. Потому что никогда не знаешь, что тебя ждет. Но мы провели обследование, установили объем необходимых доработок и завершили все дома в срок. 

– Что предусматривал ваш договор с городом? 
– Мы не выступали застройщиком по этим проблемным объектам. То есть вопросы с обманутыми дольщиками, с обязательствами перед поставщиками и подрядчиками «Норманна» мы не решали. Этим занимался конкурсный управляющий обанкротившейся компании. РСТИ был техническим заказчиком, задачей которого являлась непосредственная достройка объекта и передача его конкурсному управляющему.  

– Это позволило вам, с одной стороны, не отвлекаться на юридические вопросы, а с другой – не перенять тот негативный шлейф, который оставил предыдущий застройщик?  
– Совершенно верно. У нас был налажен контакт с конкурсным управляющим. Конечно, мы помогали с заселением. Но именно технически, а не юридически. В судебных разбирательствах РСТИ не участвовал. 
По такой же схеме мы работали и с ЖК «На Заречной», который был готов на тот момент на 60–70%. 
По третьему дому, а это был второй этап ЖК «На Заречной», ситуация оказалась хуже: он находился на уровне нулевого цикла, там был построен только паркинг. Мы существенно переделали проект и фактически полностью его построили. 
В декабре 2022 года закрыли все обязательства и перед городом, и перед конкурсным управляющим. 

– Как за время вашей работы в РСТИ изменился рынок и как эти изменения отразились на компании? 
– Я бы прежде всего отметила изменение, связанное с восприятием жилых проектов в целом. Раньше для застройщиков и для покупателей главным были квадратные метры. Меньше внимания обращали на качество благоустройства, на места общего пользования, на организацию пространства внутри зданий и дворов. 
У РСТИ всегда было особое отношение к проектам. Не зря даже в слогане компании идет речь об «авторских домах». Каждый – особенный, у нас нет типовых проектов.  
Со временем и покупатели стали уделять этой индивидуальности все больше внимания. Люди стали более требовательными: сегодня для них важно, как выглядит дом, насколько качественно проработан проект, предусмотрены ли в нем закрытые дворы, как оформлены входные группы, холлы. Ведь от этого зависит то, как человек ощущает себя дома. 

– Есть ли у вас проекты-любимчики? 
– Пожалуй, это Familia на Петровском проспекте. Там такая особая аура, что хочется остаться на территории комплекса как можно дольше. В нем приятно находиться, гулять во дворе, выпить чашечку кофе в красивом, уютном лобби-баре. Управляющая компания очень бережно поддерживает на должном уровне то, что мы заложили в этом комплексе, жителям тоже, как мне кажется, нравится их дом. 
В Москве у нас тоже получился очень удачный премиальный ЖК ELEVEN. Проектировщику – архитектурному бюро «Меганом» – удалось организовать пространство так, что достаточно интенсивное движение по Звенигородскому шоссе не создает неудобств тем, кто здесь живет. 
На территории ЖК есть фитнес-центр, спа, бассейн. В весенне-летний период мы планируем провести работы по благоустройству придомовой территории. Места там немного, с этим были связаны некоторые ограничения по благоустройству, когда мы строили этот объект. Теперь появилась возможность сделать комплекс еще более комфортным и привлекательным. 

– Собираетесь ли дальше работать в премиальном сегменте? В Петербурге, в Москве, в других регионах? 
– Возможно. Рассматриваем участки, ведем переговоры. 

– Продолжите ли работу в Ленобласти? 
– Пока не планируем. В области есть сложности с инженерными коммуникациями. Цена за подключение нереально высока.  
Пока достаточно работы в Петербурге: в этом году заканчиваем ЖК «БелАрт» и «Тайм Сквер», занимаемся новым кварталом Master Place на проспекте Маршала Блюхера, первый этап которого завершили в 2024 году; будем сдавать ЖК «Лайнеръ» в Невском районе и «Академик» в Красногвардейском. В стройке у нас также ЖК «Кинопарк» – на бывшей площадке «Ленфильма» на улице Тамбасова. Там достаточно большая социальная нагрузка: мы построим школу, два детских садика. 
И это только часть проектов, которые сейчас в работе.  

– Не все девелоперы смотрят в будущее с таким же оптимизмом. Как вы оцениваете прогнозы о грядущих массовых банкротствах в отрасли? 
– Ситуация очень непростая. Сегодня, по сути, работает только один финансовый инструмент покупки жилья – семейная льготная ипотека. Коммерческую ипотеку люди позволить себе по понятным причинам не могут. Денег на покупку квартир у людей нет, а цена на жилье не может снижаться, так как стоимость строительных материалов и рабочей силы растет.  
Разумеется, рынок будет реагировать на это. Уже реагирует. Замедление строительства неизбежно. И у застройщиков, конечно, возникнут проблемы, если это будет долго продолжаться. Будет очень сложно. 

– Как можно решить вопрос? Должно ли государство предложить альтернативу льготной ипотеке? Или строителей спасет госзаказ? 
– Работа с госзаказом имеет свою специфику. По щелчку переключиться на нее с реализации коммерческих проектов ни у кого не получится. РСТИ с середины 2000-х работает с госзаказом. Но бюджетные проекты не смогут обеспечить заказами весь строительный бизнес. Поэтому необходимо стимулировать рыночные механизмы. 
Я бы еще отметила важную проблему: это кадры. В стране ужесточилась миграционная политика. Стало крайне сложно оформлять документы на иностранную рабочую силу, получать разрешения на работу трудовых мигрантов. 
Наверное, нужно решать проблемы в этой сфере. Но надо придумать какой-то механизм, позволяющий заменить трудовые кадры из других стран на стройке.  

– Если число мигрантов сокращается, нагрузка на них растет, рабочая сила дорожает… 
– Да, и проблема не только в этом. Из-за дефицита рабочей силы увеличится срок реализации проектов. До сих пор в среднем на объект у застройщиков уходило 2–2,5 года. Если проблема с кадрами не будет решена, эти сроки вырастут. 

– Можно ли, по-вашему, заменить мигрантов отечественными кадрами? 
– Трудно сказать. Во-первых, молодежь не очень стремится на стройку. Во-вторых, дефицит кадров касается в том числе и квалифицированных сотрудников, а учебные заведения выпускают недостаточно специалистов, к тому же они не получают должного уровня практической подготовки. 
Когда я училась в техникуме, мы с первого курса уже работали на производстве, на стройке. Мы на практике изучали то, с чем потом столкнемся, окончив учебу. Я, например, проходила практику на вентиляционном заводе, потом на строительстве универсама в Красносельском районе. Мы на собственном опыте прочувствовали, что такое стройка и как здесь серьезно нужно подходить ко всем мелочам. 

– Как это потом отразилось на вашей работе? 
– Скорее на ней отразился мой характер: я человек очень дотошный, люблю во все вникать. Я всегда стараюсь сама побывать на объекте, потому что часто свежим взглядом можно заметить то, что строители не увидели. Плюс женщины смотрят на ситуацию немного иначе, чем мужчины. 

– Исходя из вашего опыта, каким коллективом проще руководить: женским или мужским? 
– Стройка – это по преимуществу мужская сфера, поэтому непосредственно на стройке приходилось в основном иметь дело с мужским коллективом, а вот в офисе работает много женщин.  
Но, по большому счету, принципиальной разницы нет. Главное – профессионализм и ответственное отношение к делу. В нашей компании сотрудников оценивают не по гендерному признаку, а по деловым качествам и уровню квалификации. А с высококвалифицированными профессионалами всегда интересно работать.