НАШ ЦИТАТНИК: «Надо очень аккуратно подходить к частичному изменению фасадов, поскольку оно порой довольно серьёзно меняет здания. Можно удлинить нос Венере Милосской, талию усилить, ноги укоротить. Но Венеры Милосской мы уже тогда не получим...» Владимир Григорьев

13 апреля, 19:11

Представьте, что на человека вдруг упал мешок с деньгами…

9 ноября 2015 в 05:40
4 434

Представьте, что на человека вдруг упал мешок с деньгами…

Вокруг Старопарголовского массива (на пр. М. Тореза, 71–79) накаляются страсти. В конце октября здесь прошел митинг. Собравшиеся (около 200 человек) требовали защитить «уникальную петербургскую застройку» от вмешательства. «НП» попробовала разобраться, что происходит на этой площадке. За разъяснениями мы обратились к генеральному директору компании «Строительный трест» Евгению Резвову.

Резвов Евгений Георгиевич
Резвов Евгений Георгиевич
генеральный директор
ЗАО "Строительный трест"

Вокруг Старопарголовского массива (на пр. М. Тореза, 71–79) накаляются страсти. В конце октября здесь прошел митинг. Собравшиеся (около 200 человек) требовали защитить «уникальную петербургскую застройку» от вмешательства. «НП» попробовала разобраться, что происходит на этой площадке. За разъяснениями мы обратились к генеральному директору компании «Строительный трест» Евгению Резвову.

– Насколько нам известно, ваши специалисты готовят проект планировки квартала.

– Да, мы работаем на основании распоряжения КГА. Пятно освобождают частные инвесторы. Нам доверена задача разработать ППТ, потом провести слушания. Возможно, будем участвовать и в дальнейшем строительстве. Мы подрядчики, нам поручили проект планировки, мы его и делаем. Хотя инвесторов, которые ведут расселение, мы знаем: у нас уже были совместные проекты.

Сейчас первый этап проектирования согласован и утвержден, второй этап — на согласовании.

– Что сейчас находится на территории этих кварталов?

– Там двухэтажные кирпичные постройки, так называемые немецкие коттеджи. Их возводили военнопленные. Одни разбирали развалины, очищали кирпичи, другие из этих кирпичей строили. Часть 12-квартирных «коттеджей» — из шлакоблоков.

В эти квартиры ленинградцев заселяли в 1950 году: кто-то возвращался из эвакуации, кто-то приехал сюда работать. Много строителей. Конечно, за эти годы сменилось много жильцов.

Сейчас восемь домов в этом квартале расселены.

– С какими трудностями столкнулись при расселении?

– Расселением занималось агентство «Спектр». Для нас было принципиально важно, чтобы все жильцы согласились с предложенными вариантами. Затраты на расселение полностью взял на себя инвестор. Вначале человеку предлагали написать соглашение, в котором он мог указать, чего хочет. Например, в квартире один квартиросъемщик, а живет пять семей. Как селедки в бочке… Когда специалисты «Спектра» стали смотреть, сколько потребуется квартир, сразу пришли к нам: «Вы понимаете, за что беретесь?»

А нам это интересно. Хотелось понять, что такое реновация, есть ли смысл входить в такой проект. Мы давно присматривались к этому кварталу. В 2005-м администрация передала объект для расселения компании «Яспис». Мы за это время построили рядом несколько домов, в том числе  — 83/1 и 83/2 по проспекту Тореза. Когда их возводили, нас обязали заменить сети в домах 71–79, мы это сделали. Мы хорошо знакомы с этим кварталом.

Поэтому у всех сложилось ощущение, что дома расселяет «Строительный трест». Все жители шли к нам.

Первые шаги дались без особого труда, а вот дальше было сложнее: у людей стали появляться завышенные требования. Это, в общем, естественно: представьте, что на человека вдруг упал мешок с деньгами. Тут можно потерять голову…

– И как быть в таких случаях?

– Специалисты агентства договаривались, торговались. Мирным путем решали все вопросы. География по квартирам получилась обширная, вплоть до Пушкина, но большинство предпочло остаться в этом же районе. Квартиры покупались в том числе и в наших домах.

– Сколько семей расселили?

– В восьми домах было 95 квартир и два нежилых помещения. В общей сложности 5690,54 кв.м. Расселили 250 человек.

За счет инвесторов жильцы получили 8354,06 кв.м нового благоустроенного жилья плюс 1049 кв.м в денежном эквиваленте. Всего предоставлено 160 квартиры и деньги. Пока не расселены две квартиры и две комнаты. По квартирам в ноябре пройдут сделки. Жилец одной из комнат сидит в Крестах за мелкую кражу. Чтобы совершить с ним сделку, нужны документы. Агентство сейчас восстанавливает ему паспорт. Начальник тюрьмы говорит, что такое видит впервые. Вторая комната принадлежала старушке. Та умерла 12 лет назад. Специалисты из агентства нашли ее могилу в Псковской области, сфотографировали. Приехали обратно, подали документы…

Но в целом расселение прошло нормально, без конфликтов. Я как коммерсант понимаю интересы инвесторов, а как человек — понимаю жильцов.

– Не разоритесь при таком подходе?

– По нашим расчетам, если в дальнейшем на участке построят около 40 000 кв.м, то экономика проекта сложится. Наша задача как разработчиков ППТ — подготовить проект, который позволил бы построить эти «квадраты», оставаясь в строгих рамках ПЗЗ и Генплана.

– Если бы это были не двухэтажные дома, а пятиэтажки, было бы хуже…

– Реновация пока идет трудно. Причина одна — должны быть правила игры. Я беру объект на расселение, разрабатываю ППТ согласно всем нормам и правилам, и оно должно пройти. Я привожу в порядок квартал.

– К нам в редакцию обращались жители из соседних домов. Они недовольны тем, что поставлен забор и т. д.

– Забор поставили, потому что расселенные дома стоят пустые. Там уйма нежелательных «жильцов»: клопы, тараканы, крысы… Инвесторы вывали СЭС, она ведет обработку.

По обращению ТСЖ одна из наших подрядных организаций согласовала с ГАТИ установку забора. Потому что туда прибегают играть дети.

Кроме того, любая стройка вызывает неудобства. Строители занимают какие-то дороги, перегораживают. Вот — забор поставили. Негатив есть всегда. Но в конечном счете жители выигрывают, получая дополнительный комфорт и безопасность. Надо просто подождать.

– В Москве считают: нужно строить в 5–5,5 раза больше, чем было в старых кварталах, тогда проект окупается…

– Мы как-то расселяли дом в Выборгском районе — на улице Рашетова. Всего пять квартир, домик бывшего генерала. Четыре жильца сразу согласились и переехали. А одному, художнику, все там нравилось, особенно выход в сад. Он сказал, что может переехать, но ему бы хотелось, чтоб новый дом стоял на берегу озера и рядом было метро, чтобы были все сети. И уехал в Финляндию, где в основном и жил.

В общем, передали мы этого художника Беслану Берсирову (зам. генерального директора ЗАО «Строительный трест». — «НП»), он у нас дипломат. Купили участок с фундаментом на Верхнем озере, напротив метро. Подвели газ, сделали канализацию. Художник приехал, все похвалил. Но в итоге сказал, что ему хочется жить в своем доме. Вот из-за таких историй мы всегда избегали расселения.

В домах на пр. М. Тореза было много жильцов, которые получали квартиры еще по ордеру. Агентство оформляло им собственность, оплачивало приватизацию. Только после этого можно было рассматривать варианты расселения.

– Почему дома не признали аварийными?

– Если дом признают аварийным, а с инвестором не сложится — город должен будет выдать всем квартиры. Чиновники не хотят рисковать. То есть других шансов у обитателей старых домов нет.

– Что получат обитатели окрестных домов, если проект на пр. Тореза будет реализован?

– Безопасность, комфорт… Территорию благоустроят, появится паркинг. На данный момент в ППТ заложено 800 машиномест. Появится ДДУ на 90 мест. Школа строится на улице Жака Дюкло.

Если все удачно получится с этим кварталом, возникнет стимул заниматься другими территориями. Но должны быть сформированы правила игры. И если инвестор берется за расселение, нельзя, чтобы правила в процессе менялись. При этом экономику нужно просчитывать с самого начала..

– Вернемся к прежней теме. Если дом будет весь расселен, а одна семья не захочет выезжать — это же сплошной убыток.

– Это опасно. Мы и говорим о том, что такие риски может взять на себя город. Или хотя бы разделить их с инвестором.

Нужно договариваться. Большинство расселяемых жильцов — нормальные люди. Правда, бывают, конечно, исключения из правил.

– Если дом остается без надлежащего обслуживания, он придет к аварийности за два-три года. А собственник должен будет делать капитальный ремонт…

– С домами в Парголовском массиве такого не случится - процесс расселения уже вступил в завершающую стадию. В целом проблема с «последними жильцами», которая может возникнуть в таких проектах - тяжелая, но решаемая. Для рпеализации таких инициатив нужно избавить инвестора хотя бы от части трудностей. Пока же в администрациях районов чаще можно услышать, что от строителей одна головная боль.

Например, приходит инвестор в паспортный отдел с предложением ограничить прописку. Но вместо этого напихивают в расселяемые дома людей, как селедку в бочки.

Нужно на старте хотя бы примерно определить выход. Было пять тысяч «квадратов», придется покупать десять тысяч. Необходимо заложить ограничения, например, не более 30 кв.м на каждого.

– Вы не планируете участвовать в городской программе развития застроенных территорий?

– Нет. У нас есть предложения по реновации, но в области. Площадка в 100 га, расселение старых домов и строительство новых.

Всего в квартале на пр. М. Тореза четыре ТСЖ, по два корпуса в каждом, 95 квартир. В первом — 1389,5 кв.м, для его расселения потребовалось 2250,21 кв.м. Во втором — 1487,07 кв.м) понадобилось 2685,4 кв.м. Для расселения третьего (1390,67 кв.м) — 2068,99 кв.м. Для четвертого: 1423,3 и 2398,46 кв.м (соответственно). Чтобы расселить 95 квартир, инвесторы приобрели 160. Это удачное соотношение. В кварталах, где преобладают пятиэтажки, экономика будет складываться труднее. Обитатели одной из «двушек» (47,8 кв.м) в доме на пр. М.Тореза, 71, корп. 2 получили трехкомнатную квартиру площадью 85,1 кв.м. Пять съемщиков из другой «двушки» (47,7 кв.м) — пять квартир (в общей сложности — 309,2 кв.м). А на пр. М. Тореза, 73, корп. 2 три съемщика из 76-метровой «трешки» переехали в три квартиры (по совокупности — 124,2 кв.м). И так далее.

«НП» Мнение Проблема проектов, связанных с расселением, в том, что наиболее удачные (для жильцов) схемы порождают завышенные ожидания в следующих кварталах. Если не ограничивать регистрацию, если законодательно не установить «потолок» требований — проекты реновации будут единичными.