Олег Лодянов: «В настоящее время реализация проекта по размещению плавучих домов мне кажется маловероятной»
Конфликт вокруг размещения плавучих домов в Галерной Гавани, о котором писала NSP.RU, заинтересовал не только читателей, но и юристов. Об особенностях применения норм законодательства к объектам в акватории рассуждает Олег Лодянов, старший юрист корпоративной практики, слияния и поглощения Rightmark Group.
![Лодянов Олег Лодянов Олег](https://admin.nsp.ru/storage/medialibrary/2344/conversions/Лодянов-Олег--cropped-common-1588813817.jpg)
Лодянов Олег
Rightmark Group
– Спор возник в связи с размещением ответчиком на акватории Галерной гавани (объект культурного наследия федерального значения) стационарных плавучих объектов, зарегистрированных в качестве водных судов. (В иске КГИОП – истец – обозначил этот объект как «двухэтажное здание»).
Одной из целей законодательства в области защиты памятников является их сохранение, под которым понимается кроме предупреждения их повреждения или разрушения, еще и предотвращение изменения их облика (внешнего вида). Если сам водный объект сложно «разрушить», то внешний вид можно изменить до неузнаваемости, особенно с помощью плавучих домов (достаточно вспомнить плавучие муравейники азиатских городов).
Между тем, законодательство пока имеет пробелы в части защиты акватории водных памятников, что проиллюстрировало данное дело.
Иск, предъявленный КГИОП в настоящем деле, совершенно идентичен иску, предъявленному им ранее к той же организации (ООО «Марина») в тот же суд (дело А56-79961/2022). Суд тогда отказал в удовлетворении иска, но истец пропустил сроки обжалования и не смог оспорить решение. Насколько я понимаю, в этот раз КГИОП добился принятия этого иска к производству с тем, чтобы достичь истины в вышестоящих инстанциях (при всей сомнительности принятия к производству идентичного иска).
Из судебных актов мы видим, что ответчик (ООО «Марина») является, во-первых, арендатором земельных участков, прилегающих к Галерной гавани (входят в границы памятника и принадлежат государству), а во-вторых, водопользователем части акватории Галерной гавани на основании договора водопользования. То есть он владеет на разных основаниях двумя разными частями Галерной гавани: земельный участок, прилегающий к ее акватории, и сама акватория. Спор возник в отношении акватории.
Проблема заключается в том, что мысль о необходимости охраны акватории от «застройки» плавучими домами никогда по-настоящему всерьез не приходила в голову законодателю. Например, закон напрямую не предусматривает возможности выдачи охранных обязательств для пользователей водной акватории, являющейся объектом культурного наследия. А в них можно было бы индивидуализировать обязательства водопользователя применительно к водному объекту, в том числе указать, что размещение любых стационарных плавучих объектов требует согласования. ООО «Марина» имело охранное обязательство, но оно было рассчитано на пользование только сушей (побережьем). Но, как указал суд по предыдущему делу, ответчик на побережье ничего не размещал. И действительно, плавучий «двухэтажный дом» представляет собой обычное судно, причаленное к берегу Галерной гавани.
Ответчик был обязан соблюдать при водопользовании только общие обязанности, вытекающие из режима использования Галерной гавани (в том числе ее акватории), установленного при утверждении ее границ. Но эти требования также предусматривают запрет исключительно в отношении строительства зданий и сооружений, но не размещения плавучих объектов.
По этим причинам суд по предыдущему делу отказал КГИОП в удовлетворении его требований.
Дополнительно можно отметить, что в настоящее время реализация проекта по размещению плавучих домов мне кажется маловероятной. Водные объекты предоставляются только под определенные цели (ч. 3 ст. 11 Водного кодекса РФ), среди которых нет такого назначения, как «размещение плавучих домов». В частности, ответчик получил водную гладь под яхт-клуб. Поэтому если водопользователь установит стационарные плавучие объекты и будет доказано, что они могут использоваться только для проживания в них, государство может расценить это как нецелевое использование акватории и расторгнуть договор водопользования.