НАШ ЦИТАТНИК: «В третьем квартале заметно сокращение объёма сделок с новостройками. Но, полагаю, по итогам года девелоперы окажутся в плюсе – за счёт активных продаж в I полугодии. А вот «запаса» для снижения цен практически нет из-за возросшей себестоимости...» Максим Жабин

22 октября, 19:47

Стройка требует ручного управления

5 декабря 2011 в 06:00
4 846

Стройка требует ручного управления

«Строительный трест» — один из первых частных застройщиков в Петербурге. Компания начиналась с нескольких сотрудников ликвидированного управления «Главзапстрой», которых 19 лет назад собрал Евгений Резвов. В этом году строитель с 40‑летним стажем отмечает свое 75‑летие. Он любит путешествовать, много читает, свободное время, которого не так много, проводит с правнуком. И до сих пор возглавляет компанию — причем не в роли номинального патриарха. Он уверен, что руководитель должен быть в курсе всех проблем на стройке.

Резвов Евгений Георгиевич
Резвов Евгений Георгиевич
генеральный директор
Объединение «Строительный трест»

«Строительный трест» — один из первых частных застройщиков в Петербурге. Компания начиналась с нескольких сотрудников ликвидированного управления «Главзапстрой», которых 19 лет назад собрал Евгений Резвов. В этом году строитель с 40‑летним стажем отмечает свое 75‑летие. Он любит путешествовать, много читает, свободное время, которого не так много, проводит с правнуком. И до сих пор возглавляет компанию — причем не в роли номинального патриарха. Он уверен, что руководитель должен быть в курсе всех проблем на стройке.

– Евгений Георгиевич, как строится ваш рабочий график?

– За последние годы он не изменился. В 6.30 я в офисе, вот за этим столом.

У меня свой подход к делу. Рабочий день на стройке начинается в восемь утра.

Значит, все начальники у меня уже в семь. По-другому нельзя. В советское время было сложнее, то раствора нет, то кирпич не привезли. Сейчас на рынке можно купить любой кирпич и бетон в нужных количествах. Поставки идут по договорам, и у контрагентов есть обязательства. Хотя бывают и срывы. Например, перекрыли дорогу к стройплощадке и начали ее асфальтировать. И без того в городе пробки, а тут технике на площадку просто не попасть. Это особенно неприятно, когда планируются большие объемы заливки.

Стройка требует ручного управления. У меня есть команда профессионалов, которым я доверяю: своих заместителей сам вырастил. Они обязаны и могут принимать решения самостоятельно. Но если знают, что я в кабинете, проконсультируются обязательно.

– Ваша компания состоялась, нашла свою нишу на рынке, что дальше?

– Мы не намерены значительно расширяться. Наш план — около 100 000 кв.м жилья в год. Этого хватает на содержание компании и на формирование земельного банка. Бизнес вообще очень сложно планировать на фоне корректировки Генплана, введения Правил землепользования и застройки и т. п.

Из-за изменений в законодательстве одним из проектов мы занимались восемь лет вместо положенных 11 месяцев. Все сделали, идем подписывать, но выяснилось, что появилось какое-то очередное требование, и снова приходится добавлять одно и убирать другое. От некоторых проектов из-за этого пришлось вообще отказаться — пустая работа. Градостроительной документацией, конечно, должно государство заниматься.

– В Ленобласти с этим проще?

– Пожалуй, проект планировки разработать и утвердить проще, но все остальное еще сложнее: и экспертиза, и согласование архитектурных решений. В Петербурге я пятно под детский сад или школу оставляю, а в области требуется этот объект построить.

– Какой земельный банк у компании?

– При планируемых объемах строительства его хватит до 2020 года. Причем сейчас землю проще купить у частника, чем на аукционе. Интересные предложения есть и в Петербурге, и в Ленобласти, и в Калининграде.

– Вы довольны ходом реализации проектов в Калининграде?

– Земля в Калининграде у нас есть, один дом уже завершили строить, сейчас приступаем ко второму. Стоимость жилья в Калининграде ниже, чем в Петербурге, но регион перспективный. В частности, сюда переводят российские военно-морские базы. Так что мы продолжаем развивать это направление.

– Куда будете дальше развиваться, если цель нарастить объемы не актуальна?

– Улучшаем качество наших домов. Например, больше внимания уделяем местам общего пользования, на отделке которых, как правило, экономят. Делаем качественные холлы с облицовкой из керамогранита и хорошими полами. Все квартиры тоже должны быть комфортными — независимо от их типа. Стараемся улучшить обслуживание домов. Проводим конкурсы среди управляющих компаний, заставляем их изучать опыт конкурентов. Некоторые фирмы набирают много объектов и не справляются, заедаются. Жители не жалуются, но видно, что обслуживание могло быть и лучше.

– Как руководитель вы всего достигли?

– Много еще чего хочется. Например, чтобы у каждого дома был свой цветущий сад. А если серьезно, у компании есть своя база отдыха, стараемся обеспечить сотрудников жильем. Всем нашим старикам удалось дать квартиры. Правда, теперь выходит, что если я своему работнику жилье предоставляю, то должен еще и налог за это заплатить.

В принципе, свою мечту я осуществил. О полетах в космос никогда не грезил. Всегда хотел строить, вот и строю. Буду работать еще лет 20, потому что без работы — это не жизнь.

– Свободное время как проводите?

– Если оно появляется, то беру правнука, и мы едем в Таврический сад. Он у меня футболист: в два года очень точно мячом по люстре попадает. Если дождь, в музей выбираемся, например в Зоологический. Вот хотели в цирк недавно попасть, так на месяц вперед билеты распроданы.

– Говорят, вы любите путешествовать.

– Люблю, но это не столько путешествия, сколько отдых. Хотя бы два раза в год по две недели надо проводить в хорошем теплом месте, погреться. Так что в основном я время провожу на пляже, дышу соленой водой.

– В каких странах удалось побывать?

– Проще вспомнить, где я не был. Например, не был в Шри-Ланке. Сейчас собираюсь в Мексику, где прежде побывать не удалось. Ездил в круиз, посетил Перу, Венесуэлу, в США два раза был в деловой поездке. В Канаде хотелось бы побывать, но там холодновато.

А в молодости весь Союз объездил. Когда работал в «Главзапстрое», побывал во всех городках северо-запада и много где еще. Тогда за победы в соцсоревнованиях, за звание «Ударник коммунистического труда» и т. п. путевками награждали. Вместе с женой ездил на Кавказ, в Адлер, Сочи.

– Экстремальные ситуации в поездках случались?

– Бывало. Вот в позапрошлом году пересаживались в Париже и опоздали на самолет. Сотрудник аэропорта забрал наши паспорта, побежали мы к терминалу, но на посадку не успели. Нас закрыли в каком-то помещении. Пришлось побузить немного. Приехала полиция, и поскольку виз у нас не было, они доставили нас в гостиницу, а утром — обратно в аэропорт.

Правда, извиняться никто не стал. Вещи улетели в Петербург, а мы добирались через Москву, где еще между аэропортами пришлось поездить. Я‑то обычно очень осторожен и не опаздываю, в такую переделку попали из-за моего друга.

Еще на Мальте казус был. Предложили нам поездку на катере на Сицилию. Мы согласились, весь день гуляли по Италии. А обратно нас не пустили: виза ведь уже закрыта. На Мальте полицейские суровые, под автоматами всех положили на пол, да еще и очередь в воздух дали. Часа два разбирались — пока консула вызвали, а тех, кто эту турпоездку организовывал, так и не нашли.

– За границей обращаете внимание на местные строительные технологии?

– Сильное впечатление произвели Объединенные Арабские Эмираты. Прежде всего архитектура их небоскребов и скорость их возведения. Нам, чтобы вести монолитные работы зимой, приходится затрачивать много энергии на прогрев бетона, а они могут круглый год работать. Плюс интересные инженерные ноу-хау. В результате красивые объекты получаются.

Однако за рубежом трудно набраться практического опыта. У нас своя специфика. Хотя какие-то архитектурные решения запоминаются. Я, например, жил в Италии в небольшом отеле на 30 номеров, обустроенном в бывшем замке. Мне очень понравилось это трехэтажное здание, и сейчас я его воспроизвожу здесь. Есть частный заказчик, которому мы строим загородный дом. Кирпичное здание (около 600 кв.м) с прогулочной зоной на крыше и с оранжереей.

– У вас есть загородный дом. Долго его строили? Пригодилось что-нибудь подмеченное в поездках?

– Да что там строить: нарисовал, да построил. Я, кстати, много «своих» домов построил. Первый был в садоводстве в Синявино. Сделал его и сразу племяннику отдал. Потом срубил хороший дом в Кобралово, но и года не прожил, уступил двоюродному брату. А в 1992 году построил коттедж в Левашово. Появились внуки, нужно было их растить, поэтому коттедж получился большой — около 600 кв. м. Там за столом человек по 20 собираются.

В то время экономили на всем, все средства шли в компанию, каждую копейку берегли, и теперь это выходит боком. Стены — в кирпич толщиной: снаружи утеплили, внутри утеплили, но это мало что дает, все равно два котла дом отапливают.

«НП» досье Евгений Георгиевич Резвов родился 23 декабря 1936 года в Ленинграде. Свою трудовую и профессиональную карьеру начал слесарем-сборщиком. В дальнейшем — строитель, прораб, начальник участка. С 1980 года — начальник управления №13 треста №32 «Главзапстрой». В 1992 году вместе с Бесланом Берсировым основал ЗАО «Строительный трест». Заслуженный строитель Российской Федерации. Ветеран труда. Строитель года-2006. Награжден государственными наградами: «Житель блокадного Ленинграда», «60 лет Победы в Великой Отечественной войне», «В память 300‑летия Санкт-Петербурга». Более 40 лет своей трудовой деятельности посвятил строительству родного города. Женат, имеет дочь и сына, четырех внуков, правнука. В отпуске предпочитает путешествовать. Любит читать.