НАШ ЦИТАТНИК: «У многих инвесторов, вложивших средства в банки на три месяца, в июне депозиты заканчиваются. Так что мы ожидаем, прежде всего, возвращения интереса к рынку недвижимости...» Ян Бобрышев

26 мая, 02:24
10 августа 2015 в 06:00

Остекленелая прозрачность

Власть стала говорить с гражданами открытым текстом. Просто на всех уровнях режут правду-матку прямо в глаза, не смущаясь.

Хоть Пескова про часы спроси: «Жена подарила!» — и все тут. По корысти женился паренек и не лукавит, правда дороже. В городе Сочи из трех отелей выставили постояльцев: «Съезжайте, говорят, граждане, свадьба у нас тут». А могли бы про антитеррористическую операцию что-нибудь загнуть или про лопнувшие трубы, как обычно. Все, как есть, излагают. Новые веяния.

Продукты жгут. «Зачем?» — недоумевают письменно более 200 000 россиян (остальные матерятся устно). «Обратно отправлять — неэффективно!» — наотмашь рубит Минсельхоз устами г‑на Ткачева. И то верно. Никто ведь и не отправлял. Можно предложить художнику Шилову сюжет «Россия в осаде»: наша держава, обложенная по всему долгому периметру бастионами из хамона и пармезана, обставленная редутами из канцерогенных шпрот и отравленных польских яблок.

В сфере недвижимости тоже все проясняется до кристальной чистоты. Решили упразднить «долевку» и все деньги проводить через банки. «Зачем?» — наивно спрашивают предприниматели. «Чтобы рынок был прозрачнее, чтобы рисков не было», — честно отвечают вице-премьер Игорь Шувалов на пару с министром Михаилом Менем.

Про цены, правда, молчат. Я специально искал: ни один начальник федерального уровня ни слова не вымолвил. А ведь могли бы: мол, и цены вниз полетят, как ракета на параде. Но сдерживаются.

На местном уровне, правда, могут себе позволить откровенность и в этом скользком вопросе. Например, председатель городского Комитета по строительству Михаил Демиденко недавно так и отрезал: вырастут цены на 30%. Тут бы еще у Михаила Васильевича про доступность жилья поинтересоваться, но, видимо, корреспонденту неловко стало. И так ведь понятно: либо доступность — либо прозрачность.

Г‑н Демиденко, впрочем, вполне откровенен не только насчет будущего, но и подоплеку недавних прошлых событий излагает, как на духу. Например, насчет негласного моратория на ППТ — это когда местные власти вообще перестали согласовывать документы на строительство. «Инвесторы эти два года промаялись на голодном пайке, несли убытки… Голодный инвестор был готов на любые условия города, и застройщики согласились на то, чтобы добровольно участвовать в создании инфраструктуры», — объяснил руководитель комитета журналисту «Строительного еженедельника». Ну, участники рынка об этом и раньше, мягко говоря, догадывались. Но вот чтобы так, открытым текстом, да еще для СМИ, — это что-то новое, согласитесь.

Вице-губернатор Игорь Албин более аккуратен в формулировках, но и у него в последних выступлениях много интересного. Например, чем возмещать затраты компаниям, которые будут достраивать проблемные объекты. «Мы говорим застройщику: ты берешь на себя достройку, гарантируешь ввод, а за это получаешь участок для своих будущих проектов», — предлагает г‑н Албин. Вот так. Правда, Земельный кодекс вроде бы не предусматривает никаких вариантов «получения» земли, кроме как через открытые торги. Но это ведь мелочи: подумаешь, кодекс! Вон, главный следователь Бастрыкин вообще предлагает Конституцию переписать. А то, понимаешь, лезут к нам из-за пармезановых бастионов со своими дурацкими международными претензиями…

Наверное, наверху поняли: с нашим народом можно быть откровенным. Можно, ничего страшного.

В принципе, что гражданам, что предпринимателям не так и важно: жить по закону или «по понятиям». Беда лишь в том, что «понятия» у нас меняются едва ли не чаще, чем законы.

И прозрачный до остекленения рынок все-таки еще рынок, а не спецраспределитель. И в основании у него — несколько важных цифр. Например, по Росстату более 35 000 рублей в месяц у нас получают 12,1% граждан. (Градации внутри этой группы Росстат не интересуют, а зря — очень было бы любопытно.) И еще: в начале «нулевых», к моменту первого пришествия ВВП, доходы от предпринимательской деятельности в общей структуре доходов россиян составляли 12%. Сейчас — около 8%, и эта доля уменьшается. По данным Финансового университета при Правительстве РФ, средний класс (с доходами 30 000–40 000 на человека) с 2013 по 2015 год сократился на треть. Годовой доход 55 000 наиболее состоятельных российских семей в первой половине 2015‑го снизился (в рублях!) на 13% и продолжает падать…