НАШ ЦИТАТНИК: «Вместо развития мы все занимаемся маневрированием, а горизонт прогнозирования минимален. Надо дать нобелевскую премию тому, кто скажет, что будет через полгода в экономике в целом и на рынке недвижимости...» Леонид Рысев

28 мая, 01:47
23 ноября 2015 в 05:20

У нас были серьезные соперники

Петербургская архитектурная «Студия-44» стала дважды лауреатом Международного архитектурного фестиваля-2015, который недавно завершился в Сингапуре. Это первый случай, когда российские зодчие получили всемирное признание на профессиональном конкурсе. О том, как это было, рассказывает Никита Явейн, руководитель творческого коллектива.

Явейн Никита Игоревич
Явейн Никита Игоревич
руководитель
Архитектурная мастерская «Студия 44»

Петербургская архитектурная «Студия-44» стала дважды лауреатом Международного архитектурного фестиваля-2015, который недавно завершился в Сингапуре. Это первый случай, когда российские зодчие получили всемирное признание на профессиональном конкурсе. О том, как это было, рассказывает Никита Явейн, руководитель творческого коллектива.

– Если не ошибаюсь, «Студия-44» — первое петербургское бюро, которое решило участвовать в этом престижном смотре. Как возникла идея выставить работы на суд авторитетных международных экспертов?

– Пару лет назад мы всерьез задумались о том, что хорошо бы показать наши работы не только городу, но и миру. Стали собирать информацию об архитектурных конкурсах. Самые рейтинговые из них — премии Прицкера, Ага Хана, Миса ван дер Роэ и Международного архитектурного фестиваля (далее — МАФ). Прицкера, как вы знаете, дают уже признанным архитекторам, так сказать, «по совокупности заслуг». Премия Ага Хана — за проекты, реализованные в мусульманских странах. Конкурс, организованный фондом Миса ван дер Роэ, распространяется на страны EC. Получается, что единственное международное архитектурное состязание, в котором мы могли бы участвовать, — МАФ. Это серьезный смотр, у истоков которого стояли британцы. Фестивалю уже более 10 лет, сначала его проводили в Барселоне, затем — несколько раз в Сингапуре, на следующий год он состоится в Берлине.

Еще в прошлом году мы представили на суд МАФ наш Олимпийский вокзал в Сочи. Но несмотря на хорошие отзывы не победили. На то были и объективные, и субъективные причины, в частности, не сумели ярко представить проект.

– Как проходит конкурс? Сколько работ вы подавали?

– В этом году смотр проходил по 17 номинациям в разделе «Постройки» и по 12 — в «Проектах». Победителей выбирают в каждой номинации, а кроме того, выделяют «Постройку года», «Проект года» и лучшую работу по ландшафтной архитектуре. Лучшей постройкой признали жилой комплекс в Сингапуре, созданный по проекту бюро ОМА, а лучшим проектом года — дом в Ванкувере (бюро BIG). Мы победили в двух номинациях — «Школы» и «Мастер-планы».

На фестиваль мы послали три работы: Главный штаб, Академию балета Бориса Эйфмана и мастер-план центра Калининграда. На финальной стадии представители авторского коллектива должны лично представить их жюри; 10 минут дается для доклада, еще 10 — для ответов на вопросы. Это очень интересный публичный процесс. В огромном зале размещены все вышедшие в финал проекты, так что гости фестиваля могли выбрать наиболее интересные для себя работы и присутствовать на их обсуждении. К сожалению, лишь по ходу доклада мы осознали, что Главный штаб — слишком большой и серьезный проект, чтобы его могли вдумчиво обсудить и оценить в рамках столь краткого обсуждения. Здесь, скорее, стометровку бегают.

А вот Академия балета и мастер-план Калининграда прекрасно вписались в формат. Особенно приятно, что наши проекты признали лучшими при том, что у нас были очень серьезные соперники. Например, известная мастерская Рафаэля Виньоли представила мастер-план района электростанции Баттерси в южной части Лондона.

– Как вы полагаете, чем привлекли жюри ваши проекты?

– Это прозвучало по ходу обсуждения. В Академии балета эксперты отметили оригинальную структуру пространства и то, как с ее помощью мы решили градостроительные проблемы участка. Если помните, нам пришлось вписывать Академию в уже сформированный двор. Очень понравилась атмосфера представленных нами репетиционных балетных залов. Правда, эксперты засомневались в их акустических свойствах. Но это они зря (смеется) — акустика там прекрасная!

Говоря о мастер-плане Калининграда, жюри отметило новизну подхода. Мы предложили не делать копии давно утраченных исторических зданий, а использовать сохранившиеся конструкции для строительства новых — в рамках воссоздания структуры пешеходного города. Оказалось, ничего подобного эксперты еще не видели! В общем, думаю, мы выступили неплохо.