НАШ ЦИТАТНИК: «У многих инвесторов, вложивших средства в банки на три месяца, в июне депозиты заканчиваются. Так что мы ожидаем, прежде всего, возвращения интереса к рынку недвижимости...» Ян Бобрышев

26 мая, 16:42
19 октября 2015 в 18:55

Непрактичный ориентир

В особняке Нейдгарта во время музыкально-литературного вечера состоялась презентация книги «Петербургские инженеры. Полузабытая эпоха». Книгу издала компания «Конфидент» в память о коллегах, которые жили 100–200 лет назад, улучшали качество города и участвовали в развитии мировой науки.

Сразу отметим: книга не о П. Н. Яблочкове и А. С. Попове. Эти имена и так знакомы каждому. Идея Петра Кузнецова, директора «Конфидента» и соавтора книги, состояла в том, чтобы рассказать о менее известных Львове, Соболевском, Лодыгине, Войнаровском, Флавицком, Палибине, Свиязеве, Болдыреве, Герарде и других, чьи разработки легли в основу современных систем водопровода, канализации, вентиляции, уличного освещения, телефонной связи, телеграфа и телевидения.

Книга состоит из 23 глав — этим компания-издатель отметила свое 23-летие на рынке. Каждый сюжет озаглавлен в псевдонародном стиле: «О том, как прогоняли из столицы красного петуха», «О тресте, который лопнул не один раз», «О трех русских богатырях, что согнули электричество в дугу да работать заставили», «О 1200 свечах, или Почему лучше быть предпринимателем-инженером, чем инженером-предпринимателем». Не верьте глазам своим. Это не рассказы в духе Лескова, а вполне качественный non fiction: сборник редактировал доктор исторических наук, сотрудник НИИ военной истории Андрей Михайлов.

Читатель сможет найти здесь историю Константина Грибоедова — военного инженера, эксперта по водопроводу и канализации. Это он отстоял Екатерининский канал, который собирались засыпать, как это случилось с речкой Флит в Лондоне, также «отвечавшей» за вывод из города стоков. Или узнать о судьбе Бориса Розинга, который отказался уехать из послереволюционной России в Америку и не смог закончить свои разработки. Так что теперь изобретателем телевидения считается его ученик и лаборант Владимир Зворыкин. Можно познакомиться с удивительными путешествиями и приключениями на Востоке барона Шиллинга фон Каннштадта, востоковеда и изобретателя бинарного телеграфного кода, который позже станет известен как азбука Морзе.

Здесь же — истории о борьбе сторонников (и интересантов) газового и электрического освещения, о тех, чьими стараниями водонапорные башни вместо архитектурного кошмара превращались в шедевры, о том, как приживались в холодной России модные голландские печи, и о многом другом.

Авторы подчеркивают особое отношение к инженерному труду в России.

«Во времена борьбы с невежеством фигура инженера была окружена ореолом таинственности и престижа, что делало его почти полубогом. Он управлял молниями, укрощал воду, направлял воздух, побеждал огонь, извлекал сокровища из недр земли. Каждое его изобретение меняло представление об устройстве этого мира и несло людям новые блага». Это из предисловия к книге.

Интересно, что в XVIII–XIX и даже в начале XX века в Британской империи инженера воспринимали, скорее, как ремесленника. Аристократы эту профессию даже не рассматривали. Зато ремесленнику не зазорно было делать бизнес, ставить идеи на коммерческую основу.

В России, поощряемые примером Петра I, инженерным делом не гнушались и дворяне, например Николай Львов. Но изобретения редко ставились на поток и не служили источником твердого заработка. Западные менеджеры и сейчас говорят: «Если нужна уникальная вещь, закажите ее у русских. Если нужно десять одинаковых вещей, закажите их где угодно, только не у русских».

Кому-то удавалось заручиться поддержкой царствующих особ. Менее удачливые разделяли судьбу эмигранта А. Н. Лодыгина, который писал: «Изобретатель в России — почти что пария и всю свою жизнь… ждет, как библейский Лазарь, не упадет ли ему крупица со стола богатого». Впрочем, тем, кто остался в стране после 1917 года подобно Розингу, повезло еще меньше.

«Мы были просто обязаны обратиться к их наследию, — считает Петр Кузнецов. — Эти люди создали в Петербурге первые инженерные системы — область, в которой сегодня работаем мы. Собирая материал, мы поражались, насколько разносторонними и многогранными людьми они были. Они напоминали мастеров итальянского Возрождения, а свое изобретательство рассматривали не как бизнес, а как служение и творчество. Сегодня их истории — прекрасный нравственный ориентир».

«Поиск информации напоминал работу кладоискателей, — говорит Ольга Семенова, соавтор книги. — Мы постарались вытащить из исторической тени неординарных людей, которыми город может гордиться».

«Я благодарен издателям за возможность работать с этим богатым и очень востребованным сегодня материалом, — подчеркнул Андрей Михайлов. — Герои очень разные. Кто-то вышел из аристократической среды, кто-то из крепостного крестьянства, как Свиязев, написавший «Теоретические основания печного искусства». Много изобретателей дала военная среда. Были люди, которые заботились о личном благополучии, были и такие, у кого это категорически не получалось. Но они были преданы делу, и благодаря им к середине XIX века Россия в научно-техническом отношении уже не отставала от Запада».