НАШ ЦИТАТНИК: «Мы фиксируем большой спрос на квартиры и проекты, предназначенные именно для жизни с семьёй...» Михаил Гущин

19 октября, 15:44

Какие варианты использования Мавзолея вы бы предложили, если абстрагироваться от идеологии?

Какие варианты использования Мавзолея вы бы предложили, если абстрагироваться от идеологии?

Союз архитекторов недавно объявил конкурс на лучшую концепцию использования Мавзолея. Потом, увидев масштабы разгорающегося скандала, отменил. Но идея-то уже овладела массами! Если отвлечься от идеологии – какие варианты использования этого сооружения с лучшей в стране локацией вы могли бы предложить? Уместна ли здесь коммерция? Насколько, с вашей точки зрения, ценен архитектурный облик Мавзолея и стоит ли сохранять его в первозданном виде?

Надежда Калашникова,
директор по развитию компании «Л1»:
 Лучшая концепция в данном случае, на мой взгляд, это пустота. Я против сноса памятников, но в этой ситуации хотелось бы, чтобы там была просто Красная площадь. И само здание мрачное, и атмосфера, и исторические ссылки – всё в «минус». Были же подобные эпизоды в истории. Например, со знаменитой оградой Летнего сада. После покушения на Александра Второго там сначала возвели часовню в память несчастного императора. А потом, поняв, что даже его страдания не искупают образовавшегося уродства, снесли. Как будто бы и не было.

Николай Пашков,
генеральный директор Knight Frank St. Petersburg:
 Прежде всего, не стоит забывать, что Мавзолей является объектом культурного наследия федерального значения и имеет ряд ограничений на использование. Здание строилось с одной целью – быть усыпальницей, и, независимо от отношения к Ленину, рассматривать в ней какие-то коммерческие функции кощунство, которое претит любому воспитанному человеку. Если тело упокоят, здание должно быть законсервировано и сохранено как памятник эпохи.

Руслан Сухий,
руководитель фонда коллективных инвестиций «Рентавед»:
– Размышляя о судьбе Мавзолея, я испытываю смешанные чувства. С одной стороны, он остаётся символом страшного времени в истории нашего государства. С другой, это архитектурный шедевр, ставший одним из символов нашей страны. Он создан выдающимся российским архитектором Алексеем Щусевым. Поэтому однозначно – облик Мавзолея необходимо сохранить в его первозданном виде. На мой взгляд, единственным оправданным применением будет создание на его базе культурно-выставочного пространства. Например, Дома-музея имени А. Щусева, в котором периодически будут проводиться выставки современного искусства. Так он сохранит статус одной из главных точек притяжения в городе. Идеально было бы перенести Мавзолей с Красной площади, вернув ей изначальный вид, в один из парков Москвы. Представить, что Мавзолей будет использован под офисные или торговые помещения, − это из разряда «за гранью». Но в целом не думаю, что к вопросу новой концепции использования Мавзолея необходимо относиться серьёзно. Сегодня это скорее тема из сферы политтехнологий, которые используют элиты для решения собственных споров.

Никита Явейн,
архитектор, руководитель АМ «Студия 44»:
 Я не хочу это обсуждать, а тем более – комментировать: для многих это всё ещё слишком болезненная тема. Вот зачем на ровном месте сталкивать людей? Это глупо и неприлично. У нас и так достаточно поводов для конфликтов.

Игорь Водопьянов,
управляющий партнёр УК «Теорема»:
– Я считаю, что Мавзолей надо разрушить и убрать всё кладбище вдоль стены. Архитектурный облик площади только выиграет от этого.

Наталья Осетрова,
руководитель проекта Gatchina Gardens:
– Что по-настоящему пугает, так это то, что инициатива исходила от Союза архитекторов. Союз вполне мог бы подумать над стандартами развития городской среды и зон рекреации в постковидный период…
Уважение к собственной истории – объективный показатель развития общества. Нация без прошлого не имеет шансов на будущее. Коммерциализация слишком глубоко захватила наши умы. Нам что, нечего коммерциализировать? Мы должны заняться более актуальными задачами, множество отраслей требуют и новых концепций, и новых идей, и вливания капиталов. Если назрела острая необходимость предать тело земле – это не самый худший сценарий, но Мавзолей может служить музеем, памятником эпохи. 

Алексей Шаскольский,
заместитель руководителя департамента оценки ООО «Институт проблем предпринимательства»:
– История занимательная. Рано или поздно к теме придётся вернуться. Вариант – продать китайцам вместе с содержимым, пока и они не поумнели. Замысловато – превратить в интерактивный музей истории тоталитаризма, где всё основное будет отражено – белое и чёрное, в цифрах и фактах. Сносить или переносить? – я и сам пока не дозрел по определённого мнения... Но пафосный могильник-мемориал на главной площади страны – тут действительно подумаешь о «Покаянии» Тенгиза Абуладзе: не уберём – не возродимся.

Евгений Богданов,
основатель проектного бюро Rumpu:
 Ничего лучше текущего использования этого сооружения придумать нельзя. Представьте, как в Италии на кладбище во Флоренции устраивают конкурс от правительства или местного союза архитекторов: как бы нам приспособить под что-то дельное семейный склеп рода такого-то? Это же сюр. Лично я считаю, что если решение о захоронении Владимира Ильича будет наконец-то принято, менять назначение этого сооружения не стоит. Сделайте там музей или что-то подобное, причём именно Ленина – это же здание строилось для него. Вот пусть оно его – Ленина – и останется.

Александр Романенко,
президент корпорации «Адвекс.Недвижимость»:
– Коммерции здесь я не вижу – у этого сооружения сильная и специфичная аура, причём многолетняя. Ленина, конечно, надо похоронить, тут у меня сомнений нет. А вот как использовать Мавзолей – вопрос.
Может быть, как такое специальное место для прощания с великими людьми? Не только политиками, но и художниками, музыкантами, учёными… Это было бы вполне уместно, но сразу возникает вопрос: а кто будет назначать великим? Правительство – как-то несолидно. Начнётся нездоровая конкуренция, коррупция, как за участки на Новодевичьем, только круче. Не УФАС же привлекать…

Максим Жабин,
заместитель генерального директора ИСК «ЛенРусСтрой»:
– Совсем абстрагироваться от идеологии невозможно. Я уверен, что Мавзолей должен остаться как часть истории. Сложно оценить результаты, если не помнишь своего прошлого. И любая история должна сохраняться. Не считаю, что её надо корректировать, какой бы она ни была. Даже если примут решение о перезахоронении Ленина, пусть Мавзолей всё равно останется. 
Поэтому я категорически против какого-либо коммерческого использования этого объекта.
Что касается его облика, это уже неотъемлемый символ Москвы, и его надо сохранить в первозданном виде.

Виктор Богорад,
художник:
 Если тело Ленина оттуда вынесут – уместнее было бы Мавзолей просто снести. Он ведь и строился, хотя поначалу как временный, но под строго определённую функцию, такое торжественно-мрачное сооружение. Делать там что-то другое было бы странно.
Раньше на Мавзолее стояли вожди, в этом была какая-то определённая символичность, верность идеологии. Сейчас и вожди не стоят, и идеологии нет.

Илья Шуравин,
управляющий партнёр Rusland SP:
– Допущение самой возможности реконцепции Мавзолея отражает фактический пересмотр отношения общества и ключевых политических игроков к историческому наследию страны. Коммунистическая партия ныне не обладает прежним ресурсом общественного давления, как это было ещё буквально 15 лет назад. Поэтому и возникает подобная повестка. Самым логичным было бы использовать помещение как небольшое музейное пространство. Если делать из этого бизнес, возможно, следует создать сильную свето-графическую инсталляцию на историческую тему. В идеале было бы тело Ленина захоронить, а для сочувствующих и китайских туристов сделать его лазерную проекцию. Это будет современнее и интереснее. А контент в рамках пространства можно обновлять исходя из календарных событий.

Александр Брега,
генеральный директор компании «Мегалит»:
– На этот вопрос всё же хочется ответить серьёзно. Я думаю, Мавзолей трогать не надо. Он слишком прочно вписан в историю этой площади. Тем более за ним Кремлёвская стена, где покоится прах многих выдающихся людей. Если всё же перезахоронить Ильича, то никакой коммерции в Мавзолее ни в коем случае быть не должно.
Здесь можно обустроить музей, который напомнит об ошибках истории, чтобы они не повторялись. Причём надо сделать такую экспозицию, чтобы люди стремились туда попасть и чтобы очереди были, как раньше в Мавзолей. Возможно, стоит какие-то новые информационные технологии использовать.

Георгий Богачёв,
владелец базы отдыха «Илоранта»:
– Давно пора! Насчёт наилучшего использования, на мой взгляд, оптимальное решение – устроить вместо Мавзолея винный погреб с дегустационным залом. Идеальные условия: строгое соблюдение температурного режима, влажности и так далее. Виноделы со всего мира в очередь встанут, за честь сочтут привезти к нам свои вина! Заодно свои марки будем продвигать. И название можно использовать традиционное – «У Ильича», например. 

Степан Липгарт,
руководитель архитектурного бюро Liphart Architects:
– Здесь, на мой взгляд, есть два аспекта. 
Первый – историко-культурный. Ансамбль Красной площади в целом сложился почти столетие назад, а наиболее древние его части старше большинства российских городов. Мавзолей как элемент этого ансамбля – веха отечественной архитектуры, в художественно-градостроительном плане безусловный шедевр, но что ещё существеннее – важнейшее материальное свидетельство трагической, противоречивой эпохи.
Последний раз радикально менять пространство площади намеревались большевики в 1930-е, стремясь стереть культурное наследие прежней России. Стоит ли им уподобляться – вопрос риторический.
Второй аспект – трансцендентный. В благополучном мире из рекламных буклетов вряд ли есть место таким понятиям, как рок, фатум. Но в пандемийном воздухе 2020 года улавливается что-то тревожное. Вспоминается, например, как в июне 1941-го советские археологи вскрыли гробницу Тамерлана. Какие события последовали за этим, вспомнить несложно. Мистицизм – сомнительная основа для размышлений. Однако, может, ну его, не трогать от греха подальше. По крайней мере, сейчас.