НАШ ЦИТАТНИК: «Чтобы в комплексном проекте ИЖС начал сказываться эффект масштаба и были оправданы затраты на «социалку», в нем должно быть не менее 1–1,5 тысячи домовладений. Чтобы реализовать такой объем, нужны десятилетия. Или придется уходить в демпинг...» Максим Хансон

21 апреля, 15:23

Екатерина Медведева: «Здания в историческом центре крепкие, при должной эксплуатации простоят еще столько же»

1 февраля 2023 в 09:00

За последние два года в центре Петербурга участились пожары в исторических зданиях. Горели «Невская мануфактура», усадьба Демидова, «Красный треугольник», доходные дома. Только в прошлом году город потерял более десятка таких зданий. О том, что чаще является первопричиной аварийных ситуаций: старение зданий или небрежное отношение к их эксплуатации, – а также об особенностях работы с объектами культурного наследия рассуждает руководитель Испытательного центра ГК «Глобал ЭМ» Екатерина Медведева.

Екатерина Медведева, руководитель Испытательного центра ГК «Глобал ЭМ»
Медведева Екатерина
руководитель Испытательного центра
ГК «Глобал ЭМ»

 Почему город теряет старинные здания в пожарах? 
– Я вижу две основные причины, и для меня они равнозначны. Старинные здания в историческом центре отличаются от современных построек  конструктивом, который почти полностью выполнен из дерева. Он не всегда подготовлен к эксплуатации в нынешних реалиях. А значит, вспыхнуть может от любой искры, например, при использовании сварочного аппарата в ходе ремонтных работ или от банального короткого замыкания. 
Столь особенные здания требуют и особенно бережного отношения со стороны владельцев. Но, видимо, еще в XX веке затерялось рачительное хозяйское отношение к собственности. Минимум, что можно и нужно делать для безопасной эксплуатации, – проверять и фиксировать техническое состояние здания строго раз в пять лет, а затем производить текущий ремонт в соответствии с рекомендациями. Это прописано в основных нормативах, которые довольно часто игнорируют, несмотря на пристальное внимание к таким объектам со стороны властей и общественности. Все боятся потерять даже маленький кусочек краски на фасаде, консервируют его, затягивают сеткой на долгие годы. Но, на мой взгляд, именно соблюдение элементарных правил эксплуатации могло бы снизить процент потерь исторических зданий в городе. 
 
 Правильно ли ставить в один ряд исторические здания и объекты культурного наследия? 
– Историческое здание далеко не всегда является объектом культурного наследия. На сайте администрации Петербурга четко сформулирован термин «историческое здание», указано, в каких районах города они расположены и каким годом постройки ограничены. 
Одним из аспектов работы некоторых строительных лабораторий как раз является обследование исторических зданий для определения признаков принадлежности к объектам культурного наследия или обоснование исключения объекта из реестра для перевода в категорию исторических зданий. Но гораздо чаще обследование проводят на предмет текущего ремонта, а разницу между историческим зданием и зданием-памятником можно увидеть в рекомендациях к экспертному заключению. Там, где в историческом здании поврежденный элемент может быть «демонтирован и заменен, в том числе новыми материалами», в объекте культурного наследия он должен быть «восстановлен из материалов и по технологиям соответствующего года постройки или приближенным к ним».  
Поэтому эксперт, работающий с памятниками, должен разбираться не только в нормативах, стандартах, ГОСТах, прочности конструктивных элементов и материалов и т. д., но также обладать знаниями по истории, архитектуре, старинным технологиям, особенностям воссоздания зданий, температурно-влажностному режиму их эксплуатации. Чем больше совокупный опыт сотрудников в этих областях, тем больше вероятность получения лабораторией специальной лицензии Минкульта на право работать с объектами культурного наследия. 
 
 Часто приходится подтверждать необходимость сноса здания в историческом центре? 
– Довольно редко. Речь в таких случаях может идти о зданиях постройки начала ХХ века, которые не только не представляют архитектурной и исторической ценности, но также имеют полностью сгнившие деревянные перекрытия, восстанавливать которые дорого и бессмысленно при современных стандартах и нормативах. 
Но в целом дореволюционные темпы и технологии строительства позволяли возводить основательные здания. Да, их нередко перестраивали, начиная с фундамента, меняли функциональное назначение, но каждый раз работы выполнялись «на века». Поэтому здания в историческом центре крепкие, при должной эксплуатации простоят еще столько же. 
 
 Помимо заключения о сносе, в каких случаях, при работе с объектами культурного наследия, привлекают эксперта строительной лаборатории? 
– Во всех случаях. Согласно ГОСТ 55567-2013, без заключения специализированной лицензированной лаборатории, согласованного к тому же в КГИОП, производить какие-либо работы на объекте культурного наследия попросту запрещено.
Кроме включения в реестр и исключения из него, эксперт обследует здание до начала реконструкции, реставрации, перепланировки, любых видов ремонтов, занимается восстановлением утраченных проектных данных. Чаще всего собственники обращаются с просьбой зафиксировать техническое состояние здания, понять его слабые стороны и способы устранения проблем, оценить возможности дальнейшей эксплуатации после завершения ремонта. Хочу отметить, что спрос на эти услуги растет с каждым годом, несмотря на разговоры о сложности работы в центре города и нежелании девелоперов покупать или арендовать старинные здания. Сейчас минимум дважды в месяц мы составляем коммерческие предложения на обследование именно исторических зданий. 
Кстати, за последнее время появилась еще одна приятная тенденция. Частные владельцы стали более трепетно относиться к своему имуществу. Мы даже называем такие проекты «фамильными», не потому что здание веками принадлежало семье сегодняшних собственников, а потому что владельцы действительно стараются сохранить его для будущих поколений и для города. Возможно, в центре эта тенденция не так очевидна, но в Курортном районе, где скопление исторических деревянных дач, она проявляется заметно. 
 
 Порядок работы с историческим зданием отличается от работы с обычным современным? 
– Алгоритм работ в целом тот же, но есть важные особенности. Много времени уделяется работе с архивами. Особенно в случаях, когда в здании впервые проводится реставрация и нужно поднять все имеющиеся данные за века, чтобы понять, что, когда, как и из чего строили и перестраивали. Порой информации бывает так много и изучать ее приходится так глубоко, что впору садиться за диссертацию. Иногда, наоборот, в задачу эксперта входит восстановление утраченных данных.
В здании, признанном объектом культурного наследия, обследовать приходится все до мельчайших деталей, до декоративных элементов и той самой краски на стенах. Однажды нам пришлось изучать и обратный феномен, когда современная краска никак не хотела ложиться на старинный фасад, всякий раз вспучивалась большими пузырями и в результате осыпалась. Оказалось, проблему создавала повышенная влажность и неправильно подготовленная поверхность, которая не давала «контакта» между исторической кладкой и современным покрасочным материалом. 
Третьей особенностью в работе с памятниками я бы назвала проведение экспертиз максимально щадящими оптическими, акустическими, тепловыми методами по индивидуальной программе. Ее каждый раз приходится прописывать досконально. Существуют сложности и со сбором материала из-под первоначального фундамента или под высотным потолком, например, и сложности с дальнейшим лабораторным исследованием экспонатов, которые могут быть слишком хрупкие или в недостаточном количестве. Какие-то методики нужно буквально изобретать под проект, где-то требуется уговаривать заказчика дать для исследования хоть на один кирпич больше. 
Когда в финальном заключении эксперт формулирует рекомендации, ему необходимы все его знания разом, чтобы постараться совместить несовместимое, натянув современные нормативы на старинное здание. Особенно сложно достичь нынешних норм по инсоляции, температурно-влажностному режиму, уровню шума, СанПиНам и не получить при этом отказ в КГИОП. 
 
 Например, дом Басевича много раз горел и сохранил разве что исторические стены. Его реконструкция для нужд Театра балета Эйфмана до сих пор под вопросом, но как будет работать эксперт в этом случае? 
– Все начинается с четкого и грамотного технического задания. Когда заказчик не может самостоятельно его составить, эксперт лаборатории всегда поможет его оформить. По сути, в задании заказчик отображает все пожелания по ходу работ и каким бы он хотел видеть конечный результат. После изучения технического задания составляется программа проведения работ, которая включает сбор и анализ информации об истории здания. Изучать архивы довольно часто приходится именно после пожаров, чтобы восстановить точные данные о несущих конструкциях, материалах, из которых они были изготовлены. Затем эксперт посещает объект для визуального осмотра и сбора других данных. Далее выполняются испытания на прочность всех несущих конструкций и материалов, использованных при строительстве, оценка степени их износа, шурфование фундамента. 
По результатам анализа информации и испытаний стройматериалов составляется заключение, к которому эксперт прикладывает все чертежи, в том числе поэтажные планы, восстановленные данные, рекомендуемые нагрузки и сведения о несущей способности всех конструкций. Главным итогом будут рекомендации по текущему ремонту и дальнейшей эксплуатации, выбор оптимальных способов реставрации с учетом технического состояния и конструктивных особенностей постройки. 
 
 Вам нравится работать с историческими зданиями? 
– С такими проектами работать очень комфортно. Никогда не сталкивалась со зданиями, про которые говорят: «У них плохая энергетика». Скорее, наоборот, исторические здания вдохновляют, заряжают чем-то положительным. Наверное, объяснить это сложно, но, когда стоишь в подвале старинной церкви или держишь в руках кирпич, обожженный пару веков назад, ощущение такое, словно удалось воспользоваться машиной времени и почувствовать дух прошлого. Самое интересное для любого исследователя – это возможность открыть секреты старинных мастеров. Они применяли несовершенные технологии, но им удавалось строить по-настоящему добротные здания.