Дмитрий Медведев обмолвился про четырёхдневную рабочую неделю. Как вы относитесь к этой инициативе?

Премьер-министр Дмитрий Медведев внезапно заявил о возможности перехода на четырёхдневную рабочую неделю. Эту идею немедленно поддержали профсоюзы – при условии сохранения зарплат. И депутаты Госдумы. (Они, впрочем, и так не перерабатывают.) Зато врачи выразили опасения, что россияне массово растолстеют…

Как вы думаете, с чего бы это вдруг? Вы поддержите такой законопроект, выступите против или не обратите на него внимания? Как выглядит эта идея с точки зрения работодателя? А с позиции наёмного служащего? Зависит ли производительность вашего труда от времени, проведённого на работе?

 

Дмитрий НОВОСЕЛЬЦЕВ, председатель совета директоров ООО «1-я Академия недвижимости»:

– Инициатива премьер-министра обусловлена непростой экономической ситуацией в стране. Внешние факторы (в виде эффективных санкций) и спад во многих реальных секторах приводят к тому, что объём работы сокращается. Работодатели вынуждены будут уменьшать продолжительность и рабочей недели, и рабочего дня – с соответствующим снижением зарплат. Им уже просто не хватает средств для выплат сотрудникам. Для наёмных работников это тоже компромисс: всё же лучше, чем полное увольнение.
Этой инициативой власти сами подтверждают, что экономическое положение России тяжелейшее. Не до жира, быть бы живу…
Во многих частных компаниях давно введена сдельная форма оплаты, которая не зависит от продолжительности рабочего времени. Особенно в риэлторской деятельности. Эта инициатива менее всего коснётся сектора недвижимости. А вот опосредованно негативно повлияет. Потому что будет падать и покупательская способность. 

 

Дмитрий МИХАЛЁВ, руководитель службы по работе с государственными органами компании «СПб Реновация»:

– Думаю, у государства своя логика: при четырёхдневной рабочей неделе меньше нагрузка на инфраструктуру. Нельзя игнорировать и прогресс: роботизация, автоматизация, дигитализация сыграли свою роль. Уже не нужно столько трудозатрат, сколько требовалось ещё пять лет назад. Есть несколько утопичное мнение, что человечество постепенно придёт к тому, что работать вообще почти не придётся и проблемой станет не переработка, а чрезмерное количество свободного времени. 
Кстати, будет символично, если Россия первой в мире введёт четырёхдневную рабочую неделю, ведь после революции наша страна первая в мире закрепила в законе восьмичасовой рабочий день. 

 

Андрей БОЧКОВ, генеральный директор компании «ПулЭкспресс»:

– В нашем доме работала консьержка, мы здоровались. Как-то раз она попросила помочь с трудоустройством мужа: он охранник, его уволили. Я нашёл для него какую-то вакансию в дружественном ЧОПе. Она: «Спасибо, не надо, он уже устроился. Целый день можно смотреть телевизор. Правда, платят мало…»
Полагаю, большинство сограждан идею сократить рабочую неделю поддержат. Пока в головах не закрепилось представление, что деньги надо не получать, а зарабатывать – в стране мало что изменится.
Моя работа не измеряется часами, проведёнными за компьютером. У нас в офисе постоянно находится один сотрудник, остальные — по своему графику. Главное, чтобы был результат.  
Проблема не в законах, а в психологии. Хотя депутатам рабочее время как раз стоило бы сократить. Чтобы минимизировать ущерб от законотворчества.   

 

Сергей ТЕРЕНТЬЕВ, директор департамента недвижимости Группы ЦДС:

– Предложение перейти на четырёхдневную рабочую неделю звучит скорее как шутка. Наша страна пока не может похвастаться выдающимися экономическими достижениями. Сократив число рабочих дней, мы лишь снизим производительность труда, которая и без того невысока. Непонятно, какие цели преследуют авторы этой инициативы. Вместо этого нам нужно повышать производительность, заниматься автоматизацией, улучшать бизнес-процессы 
во всех компаниях.

 

Ирина БАЕВА, управляющий директор компании Regus в России:

– Законодателям следует направить усилия на регулирование нынешних условий труда. Большинство офисных сотрудников работают по жёсткому восьмичасовому графику, что не всегда удобно. Люди добираются до работы в час пик, не могут сходить к врачу или вовремя забрать ребёнка из садика. Правильнее стремиться не к сокращению рабочей недели, а к возможности работать в удобное для всех время. В России не определён статус временной удалённой работы. 
К примеру, в США сотрудник  может несколько дней в неделю поработать сверхурочно, чтобы потом обеспечить себе дополнительный выходной. Пока в России все подобные договорённости подтверждаются исключительно устно, что потенциально конфликтно. Уже давно пора внести понятие «гибкий график», который очень нужен молодым мамам, студентам, пенсионерам. Это было бы выгодно и работодателю, и сотруднику. Опыт других стран показывает, что такие решения позволяют значительно повысить эффективность труда.

 

Андрей БОЙКОВ, партнёр Rusland SP:

– Учитывая перманентную кризисную ситуацию в стране, ещё больше сокращать число рабочих часов – как минимум странная инициатива. Мы как работодатели против. Если мы говорим о бюджетной сфере, то это вообще катастрофически скажется на всех бюрократических процессах, которые и так идут слишком медленно.  

 

Евгений БОГДАНОВ, основатель проектного бюро Rumpu:

– Я против такой инициативы. Россияне, может, и растолстеют, а вот предприниматели в такой ситуации окончательно похудеют. В России по сравнению с остальным  миром самое большое число нерабочих дней в году. Неоправданно большое. Отпуска, официальные праздники – по числу выходных мы и так в авангарде. А платит за всё это работодатель. Как предпринимателю зарабатывать деньги для оплаты всех этих выходных, если никто не работает?

 

Юлия СОЛОВЬЁВА, директор по персоналу компании «Самолёт»:

– Для работодателя такой переход обернётся увеличением расходов на персонал в части фонда оплаты труда (ФОТ). Но при этом говорить о росте ФОТ, пропорциональном уменьшению человеко-часов, не вполне корректно. Как известно, далеко не редкость, когда работники тратят рабочее время на обмен сплетнями с коллегами, зависание в социальных сетях, поиск чего-то в Интернете и т.д. В условиях сокращённой рабочей недели неизбежно должна возрасти эффективность каждого сотрудника. При этом работодатель должен чётко понимать все рабочие процессы и трудозатраты на них. В некоторых европейских странах, таких как Франция, Финляндия, Нидерланды и т.д., подобная система уже давно действует, их экономики успешно функционируют при рабочей неделе в 33-35 часов. Если говорить про нашу отрасль, есть определённые особенности: сфера строительства требует ежедневно контролировать процесс. И производственная необходимость вынудит нас привлекать работников в выходные дни, которые обычно оплачиваются в двойном размере. Если в принципе рассматривать расходы на оплату труда в общей себестоимости нашего продукта, доля их настолько мала, что это не должно повлиять на конечную стоимость объекта. Но на предприятиях малого бизнеса это, скорее всего, приведёт к росту стоимости их продукции.

 

Елена БОДРОВА, исполнительный директор Российской гильдии управляющих и девелоперов:

– Я против. Это профанация. Те, кто работает неэффективно, не будут работать лучше. А в некоторых сферах и пяти рабочих дней не хватает. Вообще непонятно, зачем регламентировать число рабочих дней: мы всё равно должны вырабатывать определённое число часов в неделю. Единица измерения должна быть переформатирована. Развиваются технологии, куда-то уже не надо ездить, а можно решить вопрос или общаться дистанционно. Разумнее, например, отказаться от расчёта в днях, а перейти на расчёты в часах. Понятие «рабочий день» размыто. Даже у учителей много работы, которую они делают дома.
А значит, и моя производительность никак не зависит от времени, которое я провожу на рабочем месте. Можно быть в отпуске или сидеть на даче и всё равно эффективно работать, если есть телефон и Интернет.

 

Максим ЖАБИН, заместитель генерального директора СК «ЛенРусСтрой»:

– Это утопия. Производительность упадёт. В стране и так не лучшие времена – экономику надо поддерживать.
Хотя я всегда считал, что человек хоть и вместе с работодателем, но может сам определять, сколько должен работать. Я, например, хочу работать ровно столько, сколько считаю нужным. Хоть дома, хоть в офисе. Если мне удобно трудиться восемь часов и пять дней в неделю, то почему мне кто-то должен указывать, что я должен работать больше или меньше?
Производительность от затрат времени, конечно, зависит. Вопрос в том, насколько эффективно ты эти часы можешь работать. Может, кому-то удобнее трудиться шесть часов. А можно и за два часа сделать работу, которую кто-то делает за восемь. Думаю, эффективность надо измерять не в отработанных часах, а в объёме выполненной работы.

 

Надежда КАЛАШНИКОВА, директор по развитию компании «Л1»:

– Есть гораздо более актуальные проблемы в стране, которые требуют немедленного решения. Всё горит и рушится, посмотрите на наши города и сёла. Ну какая четырёхдневная рабочая неделя? Многие из тех, кто работает в коммерческих структурах, наоборот, мечтают о клонировании или об увеличении часов в сутках, поскольку дел очень много.
Такое предложение просто неадекватно состоянию дел в стране. Для Норвегии или Швеции, может быть, но откуда у нас такие идеи – непонятно, даже обсуждать смешно.
Производительность зависит от того, сколько ты реально работаешь, и от того, насколько ты способен решать важные и очень сложные сегодняшние задачи. Бюджетникам, может быть, что-то можно дотировать или компенсировать. Но в коммерческих структурах нет таких ресурсов. Мы работаем столько, сколько нужно.

 

Редакция "НП"