Охрана под расписку

Главное новшество — охранное обязательство (ОО) составляет и утверждает КГИОП без каких-либо переговоров с владельцем о сроках и объемах необходимых работ. (Прежде требовались взаимные договоренности комитета и пользователя.) Так что теперь придется просто соглашаться с прописанными условиями владения культурной недвижимостью. Может быть, поэтому первым объектом, для которого утверждено ОО, стала мечеть на Петроградской стороне, где реставрационные работы в основном финансирует город по адресной программе КГИОП. То есть можно предположить, что охранные требования исходят из реальных возможностей бюджета. Так, в течение полугода в мечети нужно отреставрировать двери, а за три года — отремонтировать системы вентиляции и отопления. Естественно, по заданию и при согласовании с КГИОП. А если не успеют, вряд ли комитет станет судиться с приверженцами ислама. Другим же пользователям — юридическим и физическим лицам, которые не рассчитывают на поддержку казны, стоит помнить, что за несвоевременное исполнение ОО их могут оштрафовать через суд. Штрафы предусмотрены и за другие нарушения, например за строительство в границах территории памятника, за самовольные работы, за искажение предметов охраны и пр. Кстати, к ОО прилагаются план границ памятника, список предметов охраны с фотографиями, чтобы не возникло разговоров, мол, «ничего не сохранилось».

Любопытно, что для «Здания мечети» (именно так объект обозначен в едином госреестре) в ОО указано сразу два адреса: прежний — пр. М. Горького, 7 (с этой «пропиской» объект признан памятником решением Исполкома Ленгорсовета в 1970-м) и современный — Каменноостровский, 7, лит. А. Сделано это, чтобы избежать недоразумений. В столице, например, иск Москомнаследия к владельцам дома Наркомфина по поводу неисполнения ОО рассыпался из-за разных адресов в документах.

Как требует федеральный закон, ОО утверждено распоряжением КГИОП, а копии обязательства направлены пользователям мечети и в Росреестр для регистрации в кадастре. Напомним, что ОО вступает в силу, как только владелец объекта получил его лично в руки (с распиской) или заказным письмом с уведомлением о вручении. При перепродаже объекта ОО автоматически переходят к новому собственнику. Если же КГИОП решит скорректировать охранные обязательства, то пришлет новую версию документа.

Москвичи, где такая форма ОО действует уже несколько лет, предупреждают, что пользователи всеми правдами и неправдами уклоняются от «писем счастья». Раз не расписался — вроде как и ни при чем. Теперь узнаем, насколько петербургские собственники готовы исполнять требования по сохранению памятников.