Анна Клименкоди: «Умные технологии требуют точного управления»

Больше чем за двадцать лет работы в дизайне для меня стало очевидным, что качество результата определяется тем, насколько точно специалист понимает задачу и умеет организовать работу с инструментом.

Заказчик приходит к дизайнеру со своей жизнью, привычками и ожиданиями. За словами «хочу современный уютный интерьер» могут стоять совершенно разные потребности: возможность работать дома, принимать гостей, уединяться или быстро поддерживать порядок. Все это необходимо выяснить до создания визуального образа.

Здесь ИИ полезен уже на первом этапе. Ему можно поручить структурировать ответы на бриф, составить список уточнений, сопоставить пожелания и выделить противоречия. Например, между желанием разместить большую обеденную группу и сохранить свободное пространство. Полученные выводы я рассматриваю как материал для обсуждения, который еще нужно проверить вместе с клиентом.

В основе моей методологии «НейроСистема» — последовательная организация работы. Сначала мы определяем исходную ситуацию и желаемый результат, затем распределяем задачи между помощниками, задаем контекст и выстраиваем проверку.

У одного помощника может быть задача разбирать запрос заказчика, у другого — помогать с поиском образа, у третьего — готовить структуру презентации или перечень вопросов подрядчику. Для каждой функции нужны свои исходные данные и критерии качества. Общая команда «сделай красиво» оставляет слишком много места для случайности.

При работе с изображением я отдельно фиксирую то, что должно сохраняться: расположение стен и окон, размеры проемов, расстановка мебели, выбранные материалы. Затем обозначаю допустимые изменения. Если нужно уточнить освещение, это еще не повод менять геометрию помещения.

Такой подход помогает удерживать проект в заданных рамках. Иначе можно потратить немало времени на привлекательные варианты, которые все дальше уходят от согласованной задачи. Для меня эффективность измеряется тем, насколько результат приближает нас к обоснованному решению и понятному согласованию.

Один из самых показательных случаев связан с моей конкурсной концепцией въездной арки для Абрау-Дюрсо — «Портал опоры» (см. рис.). В ее основе белая дуга и широкий шпиль с красной внутренней поверхностью. Узкая часть арки входит внутрь более широкой формы. Именно это сопряжение передает идею опоры и внутреннего напряжения.

При подготовке схем с помощью ИИ обнаружилось, что убедительное изображение может неверно передавать устройство объекта. На отдельных видах менялись сопряжения и пропорции, расходились размерные подписи. Каждый лист мог выглядеть правдоподобно сам по себе, но при сопоставлении несоответствия становились заметны.

Этот опыт еще раз показал мне значение проверки разных представлений одного проекта. Совпадают ли фасад и боковой вид? 

Сохранилась ли форма? Откуда взялась размерная подпись? Схему необходимо сверять с исходными данными, а техническое решение прорабатывать с соответствующим специалистом.

Поэтому я разделяю визуальное исследование, презентацию идеи и рабочую документацию. У этих материалов разные задачи и разная степень ответственности.

Я вижу большую ценность ИИ в том, что он помогает сделать разговор о будущем интерьере предметным. Клиенту бывает трудно представить, как изменится ощущение пространства при другом освещении, сочетании фактур или цветовом акценте. Визуальные варианты дают опору для обсуждения.

При этом важно объяснять статус изображения: перед нами поиск атмосферы, согласованная концепция или решение, уже проверенное по размерам и комплектации. Красивое изображение способно создать ожидания, которые затем придется соотносить с бюджетом, ассортиментом и условиями объекта.

Я бы не делила заказчиков на «продвинутых» и остальных только по их отношению к нейросетям. Гораздо важнее готовность обсуждать ограничения и принимать решения. Моя задача — сделать процесс понятным, объяснить выбор и показать, что именно можно реализовать.

Для меня профессиональное авторство проявляется в постановке задачи, пространственной идее, отборе вариантов и последовательной доработке. Дизайнер определяет, что подходит конкретному человеку и месту, какие предложения следует развить, а какие — отвергнуть.

Работу с нейросетью я воспринимаю как настройку контекста и уточнение критериев. Ей приходится объяснять границы задачи и возвращать исходные условия, если результат им противоречит. Даже подробное задание не отменяет проверки.

Эффективное сотрудничество человека и машины строится на таком распределении функций: ИИ помогает исследовать варианты и обрабатывать информацию, специалист связывает результат с жизнью клиента и реальными условиями проекта. Чем легче становится получить изображение, тем большее значение приобретают вкус, опыт и способность аргументировать решение. 

*Анна Клименкоди — победитель первого кейс-чемпионата «Эстетика и дизайн будущего», организованного редакцией газеты «Недвижимость и строительство Петербурга» и сайта NSP.RU.