Лариса Аниканова: «Дизайн — это как ателье: всегда индивидуальный пошив»
Интерьеры стареют не только потому, что изнашиваются их отдельные элементы, но и из-за того, что сменяется мода на отделку и способы организации пространства. Однако если дизайнер отталкивается от индивидуальности локации, одновременно учитывая актуальные тренды, объект не устаревает, сохраняя уникальность долгие годы. Как этого добиться, рассказала Лариса Аниканова, генеральный директор Бюро офисных и общественных пространств AIKIdesign.

— Какие направления в
дизайне интерьеров и общественных пространств вам близки? Что для вас означает
работа дизайнера?
—
AIKIdesign — петербургское дизайн-бюро общественных пространств, работает по
философии айки-подхода. Это концепция, которая берет за основу принципы айкибизнеса и применяет их в
самых разных сферах жизни. В проектировании это означает использование четырех
сил: силы дизайна, силы денег, силы места и силы партнеров.
Ключевое отличие нашего подхода к проектированию — это девелоперский взгляд на объекты.
— Это связано с тем, что
бюро входит в девелоперскую группу компаний «БестЪ»?
—
Да, поэтому мы видим проект глазами не только дизайнера, но и девелопера, то
есть учитываем экономику объекта, его ограничения и преимущества, требования
будущих инвесторов и арендаторов уже на этапе концепции.
Под каждый объект бюро собирает индивидуальную проектную команду. В нее входят как штатные сотрудники AIKIdesign, так и специалисты из экосистемы ГК «БестЪ» — потому что задача часто выходит за рамки чистого интерьерного дизайна и требует экспертизы в маркетинге, навигации, брендинге и арт-интеграции искусства.
— Дизайнеры часто
говорят, что идею выстраивания интерьера им подсказал какой-то один яркий
предмет, либо локация объекта, либо характер заказчика. Как это происходит у
вас?
—
Это как в ателье: всегда индивидуальный пошив и совокупность факторов, которые
сочетаются между собой и сильно зависят от контекста. В нашем случае мы
отталкиваемся всегда от силы места —
его локальной идентичности: архитектура, исторический контекст, его наследие,
урбанистический и, конечно, функциональный контекст.
Когда мы определяем «КУДА?», уже формируем проектную команду под задачу и отвечаем на вопрос «КТО?» — в этом сила партнерства.
— Расскажите о наиболее
запомнившихся вам проектах, над которыми вы работали.
—
Мне кажется, что каждый наш кейс по-своему яркий. Практически все последние
проекты мы реализовали в партнерстве с известными творческими людьми, где
художник становился частью команды еще на стадии формирования концепции.
Например, для флагманского здания лофт-квартала «Скороход» под нашу основную идею — big idea проекта — креативный продюсер пригласила петербургского художника Антона Чумака, работающего на стыке архитектуры, графики, скульптуры и монументального искусства. Его работы находятся в собрании Московского музея современного искусства и в частных коллекциях в России, Франции, Южной Корее.
Речь шла не о дизайнерском панно или акцентной картинке для стены: нам был нужен художник, чей язык, эстетика и смыслы работают с теми же темами, что и концепция лофт-квартала «Скороход».

— Что вы имеете в виду?
— То есть как происходит выбор художника для проекта? Это всегда магия, но когда это волшебство случается, то всегда уже может быть описано.
Например, Антон Чумак — художник, для которого городская идентичность Петербурга — родная среда и который понимает специфику петербургской промышленной архитектуры не по книгам.
Он выпускник академии Штиглица, и его художественный метод построен на архитектурной графике и работе с объемом, пространством, структурой. Его фирменный прием — «карандашный эскиз, воплощенный в форме как метафора сложной идеи». Также он работает со стальными прутьями, каркасными конструкциями — то есть с теми же визуальными кодами, что определяют лофт-эстетику.

— Продолжим рассказ об
объектах…
— С
удовольствием. Другой интересный пример из нашего портфеля — МФК «Авеню на
Карповке» с редким для рынка примером коллаборации с модным домом: известный
модельер Янис Чамалиди стал автором общественного пространства и частью
команды. Его петербургский стиль архитектурного минимализма привнес в
пространство язык fashion-дизайна, который редко используется в коммерческих
интерьерах.

— Вы упомянули модный
дом. Но ведь в дизайне тоже есть мода. Как застраховаться от того, что через
несколько лет дизайн будет выглядеть неактуальным?
—
Вы правы, дизайн стареет вместе с модой — цвета, фактуры, материалы и приемы
датируются. Это нормально: дизайн — отражение момента, в этом его ценность и
его ограниченность. Но проект со смыслом не изнашивается вместе с отделкой.
Идея, в отличие от фактуры, не стареет.
Дизайн проходит. Смысл остается. А проект, в котором большой мастер сказал свое слово, перестает быть просто интерьером — он становится частью культурной памяти места. Это и есть сила партнерства.
Хотя — если быть справедливой и позволить себе поспорить с собственной мыслью — есть в дизайне и другой ответ времени. Материалы, которые не борются с возрастом, а становятся от него лучше: дерево, набирающее глубину тона; камень, впитывающий свет; металл, патинирующийся от прикосновений. Это принцип timeless — вневременности. И он не противоречит тому, о чем я сказала, а дополняет.

— Есть ли у вас
предпочтения с точки зрения материалов, оборудования? Как в сложных
экономических условиях вписаться в выделенные бюджеты по материалам?
—
Мы всегда в поиске интересных материалов, проходим обучение, посещаем выставки
и салоны вендоров и производителей — и в каждом проекте звучит свой материал,
подчиняясь общей концепции и раскрывая ее. В коммерческих и общественных
пространствах выбор материалов подчиняется другим правилам, чем в жилых.
Главное отличие — эксплуатационная нагрузка: сотни людей ежедневно, шум, грязь,
требования пожарной безопасности, ремонтопригодность.
Для нашей команды дизайн — это искусство, укладывающееся в смету. Делать актуально и из качественных материалов — не всегда значит делать дорого. Мы вписываемся с актуальным дизайном в существующую смету. Задача дизайнера — быть человекоориентированным: не доминировать своими решениями в интерьере, а помогать людям, удовлетворять их потребности в пространстве, не «передизайнерить» и оставлять пространство для фантазии, некую недосказанность.
— Есть мнение, что
человек лучше любого дизайнера обустроит свое жилье, ведь ему лучше известно,
как ему будет комфортнее. Что скажете на это?
—
С таким мнением можно согласиться только в одном случае: человек обустраивает
жилье исключительно для себя и не планирует его продавать или арендовать. Но
как только появляется зритель: гости, покупатели, арендаторы, — субъективного
комфорта недостаточно. Пространство должно считываться другими людьми, работать
на восприятие, на стоимость, на сценарии, которых заказчик изначально может не
знать или не захотеть заложить в проект.
В этом и состоит профессионализм дизайнера: он должен создать такое пространство, в котором, с одной стороны, было бы комфортно самим жильцам, а с другой — чтобы там хорошо себя чувствовали и другие люди. То есть речь о принципе многофункциональности.
— Чем принципиально
отличается дизайн жилого и нежилого помещения?
—
Основное отличие в том, что в общественных пространствах мы работаем не на
одного человека или семью с их привычками и укладом жизни, а создаем
многоцелевой, адаптивный интерьер для повышения привлекательности на рынке и
для определенной целевой группы людей.
— Означает ли это, что в
общественных пространствах нужно ориентироваться на некие усредненные
представления о прекрасном?
— Общественное пространство — это не про то, чтобы
угодить всем, а про продумать сценарии для большинства с учетом эргономики и
различных сценариев использования в течение суток. Задача — рассказать о месте, у
которого своя ДНК: история, архитектура, контекст, сила идентичности. Если
проект считывает этот код и отвечает на него честно, он становится узнаваемым,
а не универсальным.
— Вы выбрали в рамках
нашего кейс-чемпионата проект лобби в жилом комплексе «Дуалист». Почему?
—
Мы выбрали этот объект, потому что хотим предложить концепцию, которую построим
не только на стилевом приеме (например, софт-лофт, минимализм, эклектика и т.
д.), а на истории места с отсылками к локальному контексту и арт-интеграцией.
Это прямо перекликается с одним из четырех столпов айки-подхода — силой места. То
есть особенности локации становятся точкой отсчета для проекта.
Что помнит это место? Промышленное наследие Обводного канала, доходные дома, майолика Покровской церкви, северный модерн соседних фасадов — каждый слой может стать смысловой опорой для последующих интерьерных решений.
Там, где многие проектируют красивую отделку, мы попробуем создать для «Дуалиста» индивидуальную историю, которую иллюстрирует эта отделка. Лобби — важнейший элемент, лицо каждого комплекса, эта зона встречает и провожает и жителей, и их гостей. Именно это пространство задает атмосферу всего объекта, и наша задача — сделать его не только комфортным, но и уникальным и узнаваемым.