Комплексный договор ипотечного страхования: когда суды встают на сторону наследников

Суть спора по страховым выплатам такова: в 2018 году женщина заключила с банком ипотечный договор, а в 2024 году оформила договор комплексного ипотечного страхования, который предусматривал выплату 100% страховой суммы в случае ее смерти. 

В том же году заемщица скончалась, оставив задолженность по кредиту: 942 409 рублей, однако страховая компания отказалась выплачивать деньги, сославшись на то, что у женщины было заболевание, диагностированное до заключения договора.  

Наследники обратились к финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг (эту должность ввели в 2018 году: задача такого специалиста разрешать споры между финансовыми организациями и их клиентами, желательно – не доводя до суда).

В данном случае уполномоченный встал на сторону наследников и взыскал со страховой компании сумму ипотечного долга. Страховщик оспорил это решение, но проиграл во всех судебных инстанциях, включая кассацию. Суды сочли, что умысел заемщицы не доказан. Как не доказано и то, что она сообщила заведомо ложные сведения, уточнили в пресс-службе суда.

Отметим, что похожий случай произошел в Тыве, как писал "Московский комсомолец". Мужчина оформил онлайн-полис комплексного ипотечного страхования жизни и здоровья в декабре 2023 года, а в ноябре 2024 года ему установили I группу инвалидности. Страховщик отказался от выплаты, мотивируя это тем, что заемщик не сообщил о своем диагнозе при покупке полиса. 

Однако суды встали на сторону гражданина, рассудив, что страховая компания могла и сама проверить здоровье клиента перед заключением договора, но не сделала этого. Важно и то, что суд не получил доказательств осознанного сокрытия болезни клиентом. В итоге со страховой фирмы суд взыскал 2,4 млн рублей. Важно, что почти вся эта сумма ушла напрямую банку, выдавшему ипотеку, а не заемщику.